Мой муж – золотой человек, обожает меня и мою дочку. Однако я не люблю его. Ничего не могу
с собой поделать, вот и решила уйти...

Говорили тихо, чтобы не разбудить Полинку. Глеб больше не пытался убеждать — он, молча, слушал мои оправдания. А потом произнес:
— Можешь идти, куда и с кем хочешь — держать не буду, но ребенка я не отдам!
— Какого ребенка? — не сразу поняла я. — Что за чушь! Она же не твоя дочь!
— А ты докажи это... — он вытащил сигарету, медленно закурили, продолжил: — Не мне — суду!

Мне исполнилось семнадцать, когда я родила Полинку.
Безмозглая провинциальная дура, устроившаяся работать в спа-салон и решившая, что ухватила бога за бороду. Владелица говорила со мной мягко, доверительно:
— Ты пойми, Верочка: чтобы работать здесь, нужно учиться, ведь клиенты у нас состоятельные, требовательные.
— Да-да, понимаю, буду стараться, — сияла я.
— Мало стараться — надо кое-что уметь. Я должна буду вложить в тебя определенную сумму. Мне необходимо знать: сможешь ли ты, потом ее вернуть? — она пристально посмотрела на меня.
— Верну, все верну до копеечки, — клялась я.

Вскоре выяснилось, что параллельно с массажем по желанию клиента я должна оказывать и некоторые интимные услуги. Отказаться не могла, так как в меня была вложена «определенная сумма». Короче, это был обычный бордель под вывеской спа-салона. Бежать было некуда. Разве что к матери, обратно в деревню, в нищету и убожество. И я осталась... К счастью, мое добровольное рабство длилось недолго: вскоре я забеременела. Поняла это слишком поздно, когда живот уже выпирал из-под халатика. Хозяйка разрешила до декрета остаться в салоне уборщицей.
— А потом чтобы духу твоего здесь не было! — заявила она. — Вздумаешь жаловаться, посажу за проституцию...

Хорошо помню тот день, когда вышла из роддома с белоснежным свертком на руках: светило солнце, встречные прохожие ободряюще улыбались юной мамаше. Я услышала, как за спиной захлопнулись двери — и меня обуял ужас: идти было некуда. Пройдя буквально пару шагов, остановилась и присела на скамейку.

И тут прямо передо мной притормозил белый «Ниссан».
— Вам плохо? — подошел ко мне водитель — Нужна помощь?
Я подняла голову: из-за слез его лицо расплывалось.
— Мне совсем некуда идти, а так все хорошо... — прошептала.
Глеб забрал меня и новорожденную Полинку, не задавая лишних вопросов, привез к себе в дом, выделил нам комнату, дал денег.
— Верну, все верну, — снова клялась я. — Найду работу, и...
— Конечно, — соглашался парень, — когда-нибудь вернешь. А сейчас не думай об этом, думай только о дочери.

Это было невероятное, фантастическое везение — встретить такого, как Глеб: он заботился обо мне и Полине, ничего не требуя взамен!
Парень владел автосалоном, часто уезжал в командировки. Оставаясь одна, я обходила комнаты его роскошного дома, мечтая стать его полновластной хозяйкой.

Глеб никогда не пытался соблазнить меня. Но однажды ночью я сама пришла в его спальню и влезла под одеяло.
—Ты когда-нибудь пожалеешь об этом, — он погладил меня по спине.
— Не пожалею, я люблю тебя!

Так мы стали жить, как муж и жена. А еще через год Глеб настоял на оформлении брака и официальном удочерении Полинки. Я была на седьмом небе от счастья!
С тех пор прошло девять лет... Глеб помог мне получить образование, но не позволил выйти на работу — все свое время я посвящала дочери, хозяйству и мужу. Он никогда не был груб со мной — наоборот, я ни в чем не знала отказа. А дочку вообще обожал: часто брал ее с собой на работу, проводил с нею вечера и все выходные, водил в цирк и в театр. Когда подошло время, определил ее в лучшую гимназию.

Я наблюдала их взаимное обожание, и иногда червь сомнения грыз меня изнутри. Хотя чего еще может желать женщина?
Чего? Любви... Три месяца назад я познакомилась с Женей — и мир изменился: заиграл новыми красками, расцвел и стал многомерным. Я полюбила, как только может любить зрелая женщина, и призналась во всем супругу.
— Глебушка, ты для нас с Полькой самый близкий, самый родной человек! Но Женя — это другое, понимаешь? Отпусти нас, умоляю! — целовала я ему руки.
Услышав шорох за спиной, обернулась: на пороге стояла Полинка.
— Я останусь с папой, — твердо сказала она. — А ты будешь приходить к нам в гости, — и, подойдя к Глебу, обняла его.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here